Три палатализации

Сказочка для филологических детей младшего студенческого возраста

В некотором царстве, в некотором государстве, на не до конца определенной территории, в некую эпоху где-то в первой половине первого тысячелетия нашей эры жила-была праславянская система. Были в ней звуки разные, гласные и согласные, а также дифтонги и дифтонгоиды, слоговые сонанты и прочая фонетическая живность.

И жили в этой системе три брата, три заднеязычных звука, К Г Х, из славного древнего индоевропейского рода задненебных, царского, можно сказать, происхождения. Да настала година лютая, лихая. Налетела неведомо откуда сила вражья, Тенденция восходящей звучности, а с ней и сообщник ее, Закон слогового сингармонизма, и давай свои порядки среди звуков наводить, всех по струнке выстраивать, звуки местами менять, колоннами по четыре в ряд маршировать заставлять… И началась в праславянском царстве-государстве великая перестройка, только головы с плеч летят да звуки в слогах постанывают-поохивают…

В один прекрасный день получают три брата, три заднеязычных звука, депешу из дворца: «Как я есть ее величество тенденция восходящей звучности, всей праславянской системы видимыя и невидимыя хозяйка, повелеваю: заднеязычным добрым молодцам КГХ больше с красными девицами гласными переднего ряда Е И Ь Ять не водиться, вместе не жить и детей не растить, а на расставание вам 24 часа. Печать и подпись. Проект вносит: Закон слогового сингармонизма, он же за исполнением наблюдать будет».

Опечалились тут добры молодцы братья К Г Х: сколько лет с подругами милыми прожили, почитай, еще в девичестве их Е да И долгими и краткими помнят, а тут на тебе – расставаться! А Закон стоит у порога да на часы поглядывает, кнутом поигрывая: «Никуда вам, К Г Х, от меня не скрыться, не деться, в каждом слове найду, в каждой форме достану!».

Шла тут мимо старушечка-странница, зашла в дом воды напиться, видит, в доме всё черным-черно от горя, дети малые по лавкам ревут, молодушки узлы собирают, добры молодцы, понурясь, сидят…
— Шой-то у ваш тут творичшя? – спрашивает.
Рассказали ей о своем горе несчастные звуки.
— То не горе, то не беда, — усмехнулась, шепелявя, старушечка, — тому горю я помочь могу легко, ну-ка, молочши, шъешьте по шухарику да ложитешь шпать, утро вечера мудренее.
И исчезла, только три сухарика на тарелке и осталось. Пожали плечами К Г Х, но старушки послушались, съели по сухарику да спать легли.
Утром – стук в дверь. Закон пришел:
— Ну-ка, выходите, добры молодцы, сейчас я вас в застенки поведу, за неисполнение царского приказа…
А из дома ему навстречу выходят Ч Ж и Ш, а за ними жены их – Е, Ь и И…
— А чего это ты от нас хочешь, — спрашивают Закон Ч Ж Ш. – Мы – звуки передненебные, жены наши – переднеязычные, одного роду-племени, а что там в законах для К Г Х предписано, мы ведать не ведаем, знать не знаем.
Ушел Закон ни с чем, расстроился.
А Ч Ж Ш стали Ять искать: была ведь где-то вечером, куда с утра исчезла? Смотрят – а от колодца с ведрами А идет, вальяжная, крутобокая. Подходит, Ч Ж Ш в ножки кланяется:
— Ой вы гой еси честные мои мужья Ч Ж Ш! И я от старушкиного сухарика ночью откусила, что со мной сталося, знать не знаю, ведать не ведаю, да только была я Ять, а стала А…
— Ну да что там, — решили Ч Ж Ш. – Какая уж теперь разница!
Только с болота обиженная лягушка заквакала:
— Вот ведь, злые люди, была я Геба-Гебою, а стала – тьфу! – жаба-жабою! Погодите, найдет на вас еще управу Закон слогового сингармонизма и Тенденция восходящей звучности…

Вторая палатализация

Долго сказка сказывается, быстро эпохи праславянские летят. Живут себе другие К Г Х с дифтонгом OI, беды не знают, горя не ведают. OI-то одного с ними рода-племени, О-то, матушка ее, гласная непереднего ряда…
Да не дремлет сила вражья, Тенденция к восходящей звучности, да не спит Закон слогового сингармонизма, мечтая КГХ в системе и вовсе уничтожить…

Новый указ приходит: всем дифтонгам и дифтонгоидам, которые перед согласными, в 24 часа явиться во дворец на принудительную монофтонгизацию (сиречь в единый звук слияние) или метатезу (сиречь перестановку), а которые перед гласными – на принудительную перестройку слога, дабы ни единого дифтонга или дифтонгоида в системе не осталось, ибо нарушают они Тенденцию к восходящей звучности одним своим существованием. Плачь и вопль по всей праславянской системе стоит: рубит Тенденция семьи по-живому, разрывает вековые связи, уничтожает племя дифтонгическое… Геноцид, да и только.

Поплакали К Г Х, да делать нечего: отпустили OI во дворец на монофтонгизацию и стали ждать, с чем вернется.

А Закон-то и тут не дремлет: «Вот он, думает, шанс К Г Х извести! Помогла им в прошлый раз старушечка, злая ведьма Палатализация, да в этот раз не поможет…» И знай кнутом машет: махнет направо – из OI Ять получится, махнет налево – И… «Получайте, думает, заднеязычные, себе женушку назад!..»

Идет OI домой, слезами обливается: слева посмотришь – Ять, справа – И, да только каким боком не верти – переднего ряда она теперь, не жить ей с милыми заднеязычными К Г Х… А за ней Закон на коне летит, указ везет: «Расстаться в 24 часа…»

Сели К Г Х, пригорюнились. И здесь их Закон достал, снова милой жены лишает… Глядь – мимо вновь старушечка идет, та, да вроде и не та…
— Сто с вами, добры молодси? – спрашивает. – Отсего головы повесили?
Рассказали ей К Г Х о своей кручине.
— То не беда, — смеется старушечка. – Я вам легко помось сумею. Вот вам три сухарика, только смотрите, на сей раз зене не давайте, а то кто знает, во сто ее теперь превратит…
Съели К Г Х по сухарику и спать легли.
Наутро Закон у дверей, кнутом поигрывает, ухмыляется, К Г Х с вещами на выход ожидает.
А из дома появляются Ц З С, да все такие ладные, да все такие мягкие, как на подбор, а за ними женушка идет – слева вроде Ять, справа И, и с обеих сторон ехидно улыбается.
— Что, съел, — спрашивают Ц З С. – Мы теперь мягкие, а жена переднего ряда, прав таких не имеешь – семью разрушать!..

А тут из Новгорода весть приходит: там К Г Х и вовсе взбунтовались, Закон нарушают, с Ять и И открыто живут, в ус не дуют! «А вот тебе, Закон, 14 локтей хери, и к нам не совайся, а то келым не уйдешь и гвезд в глазах не сосчитаешь!» — пишут. Взвыл Закон от ярости, схватил кнут и был таков.

И наступили уж было спокойные времена… Да только темной ночью в незнаемую эпоху заснули К Г Х после И, Ь, Р-слогового, что из ir получился, да Е-носового, что из in/im монофтонгизировался, а проснулись уже Ц З С, и была то третья палатализация. Утром стали думать-гадать, почему в одном доме – Ц, а в другом – по-прежнему К, свидетелей вызывать, позиции изучать, да только точно никто сказать не может. Перед А вроде бы всегда было, перед Ы и Ъ – и согласным – не было, а в остальных случаях то парадигма выровнялась, то чередование устранилось, а что почему – бог весть… Только из Новгорода телеграмма пришла: «Вьху причину видим в экологии. Ваш стойкий К Г Херъ»

А несчастный заморский kuningos только плечами пожал:
— Видно, судьба мне в Кънязя превратиться…

И жили они все долго и счастливо. Пока КЫ ГЫ ХЫ не начали в Ки Ги Хи переходить, но это уже совсем другая история. Для второго курса.

Источник: http://aurinko25.livejournal.com/238110.html

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *